Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

«Расчетливый клоун, нарядившийся в пророка»

«Расчетливый клоун, нарядившийся в пророка»

Один из точных отзывов об Игоре Талькове. Оказывается, у «патриотического» шансонье вчера был бы день рождения, в ленте у друзей увидел упоминание об этом. Ну а так как прошло уж более 20 лет,
то ведь можно уже не «ничего», а правду, да? 

Ведь был реальный клоун и конъюнктурщик, если внимательно ознакомится с его биографией. Причем тот, чьи тексты, можно сказать, пародируют современный российский православный консерватизм.

«Истребили цвет нации мечом Робеспьера,
И Париж по сей день отмывает позор.
Правдолюбец Радищев, после той мясорубки,
"Путешествие из Петербурга в Москву"
Чуть не слопал с досады, повредился рассудком
И, ругая масонов, погрузился в тоску».


Ага, отмывает Париж позор по сей день. Кстати, в этой же песенке, рядом:

«Вот так! Вот так! Живут Америка с Европой.
  Вот так! Вот так! Ну а у нас всё через ж…».


Высокая, высокая поэзия!)) Я понимаю, конечно, что нельзя с полуграмотного "барда" требовать знания того, что
именно Великая французская революция во многом создала современную Европу. А что там живут "вот так" -
это уже последствия Великой Октябрьской социалистической революции.
Но хоть какая-то логика быть должна!

И ведь слушали этот бред. Пожалуй, тальковские тексты могут служить отличной иллюстрацией, в какую демшизу погрузилась страна в начале 90-х.
Хоть какая-то ценность в песенках есть ….
Впрочем, и сейчас вбитая в головы российского обывателя эта перестроечная дурь часто дает о себе знать.


«И на площади на красной,
На которой дьявол жил,
Перестанут поджигаться
Те, кого допёк режим».


Ну или:
«Покажите мне такую страну,
Где славят тирана,
Где победу в войне над собой
Отмечает народ».


«Патриот», че…. А дожил бы до сегодняшних дней – пел бы вчера на праздничном концерте вместе с Викой Цыгановой.
Когда я раньше спорил о Талькове, то признавал, что пара хороших песен у шансонье все же была. Вот «Летний дождь» хотя бы…
Пока мне не подсказал ссылку на вот эту песню.
Увы, «кумир миллионов» был еще и банальным плагиатором. 


Ласло Боди: свой среди чужих

Год назад, 11 марта 2013 года в возрасте 47 лет ушел из жизни один из самых популярных венгерских исполнителей, композитор и поэт, лидер рок-группы «Республика» Ласло Боди, известный под сценическим псевдонимом «Cipo» – Башмак. Он был кумиром миллионов венгров. Рок «Республики» пронизан лирикой венгерского фольклора, потому он с легкостью воспринимаем всеми поколениями венгров, и по крайней мере два поколения знают наизусть многие из песен, написанных Башмаком. Достаточно сказать, что на 30-летие группы Ласло Боди получил высшую государственную награду – орден Венгерской Республики!

Понятно, что смерть великого музыканта стала трагедией для целой страны. Но еще больший шок буржуазная Венгрия испытала после того, как стало известно о завещании певца. Ласло Боди просил похоронить его без священников, но под гимн СССР. Среди близких ему людей, которых бы он хотел видеть на прощании, в первых строках стояло имя председателя коммунистической Венгерской рабочей партии Дюлы Тюрмера, которого он называл своим идейным другом. Несколько лет назад певец пришел в партию Дюлы Тюрмера и остался с простыми рабочими и скромными интеллигентами, живущими на небольшую зарплату, потому что нашел там единомышленников. Будучи членом компартии, Ласло ходил на партийные собрания, делился наболевшим, критиковал либеральный режим и защищал социалистические идеалы.

Однако Ласло Боди не мог позволить, чтобы его членство в ВРП стало достоянием широкой общественности. В «демократической» Венгрии перед его группой «Республика» сразу же закрылись бы двери концертных залов и ворота стадионов. А он не мог оставить безработными своих коллег.

Как пишет журналист Евгений Царьков, венгерский бомонд и СМИ до сих пор в шоке – как так, такая звезда, кумир, а состоял в партии простых рабочих и фермеров! Сам Дюла Тюрмер, возглавивший ВСРП после развала в 1989 году, и его партия, гонимая либералами, так и не смогли пробиться в парламент. Но ведь один намек, что Ласло хочет в парламент, – и любая парламентская партия не глядя взяла бы его в свои списки. Ан нет, Ласло – это вам не сборище продажных «певичек», которые с утра надевают депутатский значок, а вечером поют на корпоративах у жирных котов. Он не из тех кумиров, которые с вершин Олимпа шоу-бизнеса или большого спорта спрыгивают под дудку либеральной власти на горбы людей.

Коммунистом Ласло был до конца. Очень тяжело болея, с установленным сердечным стимулятором в груди, он отказался от дорогостоящей пересадки сердца. Все свои гонорары он жертвовал в благотворительные фонды для операций тяжело больным детям.

Ласло Боди – символ честного человека, талантливого певца и композитора, которого не разъела алчная жизнь, присущая многим звездам. «Любить и умереть недостаточно – надо бороться!» – видимо, так, как прописал в песне, в итоге решил для себя Ласло Боди.



Несколько его клиповCollapse )

субботнее. белочка.

Небеса бьют огнем

Глаза поднимите, братья, время пришло,
По сравнению с нами даже самый крепкий бессилен.
Время останавливается и горы сдвигаются с места,
Мы не задрожим, даже если огонь прольётся дождем на землю.

Для слабых может быть чрезмерен зов металла,
Но не для нас, кого ведёт инстинкт воинов!



Память. Пьер Дегейтер...

Оригинал взят у sandinist в Память. Пьер Дегейтер...
26 сентября 1932 года – Скончался Пьер Дегейтер (р. 1848 г.), автор музыки к гимну «Интернационал», коммунист, рабочий.

дегейтер4

Он умер в Сен-Дени (Франция). На его похоронах присутствовало около 50 тысяч людей. Коммунистическая община в Сен-Дени установила на его могиле памятник в виде мраморной книги, раскрытой на страницах с нотами «Интернационала», и куба с изображением серпа и молота - символики СССР.

В 1928 году он посетил СССР - Дегейтера пригласили в Москву на 6-й конгресс Коминтерна. Весной 1928 года его разыскали в Сен-Дени, где он жил вместе со своей внучкой, члены Всесоюзного общества культурной связи с заграницей. Collapse )

Европа у немецкой полевой кухни

Оригинал взят у oper_1974 в "Скоро мы начнем трансляцию органного концерта. За органом Иосиф Сталин". Данциг.1945 г.

В первые дни апреля было относительно спокойно, хотя весь плоский как доска район между Вислой и Балтийским морем отлично просматривался с данцигских холмов и простреливался советской артиллерией. Солдаты Красной Армии с шумом вошли в Данциг и бурно праздновали свою победу - водка лилась рекой, играла музыка.
Звуки их веселого празднества доносились до нас до самого утра. Их пропагандистский динамик непрерывно вещал с той стороны бухты: "Солдаты 2-й немецкой армии! Сейчас вы сидите в западне, в лагере военнопленных с самообслуживанием..." Вслед за этими словами играл марш Радецкого, в такт которому красноармейцы палили В воздух из стрелкового оружия.


Иногда сразу вслед за этим раздавалось объявление: "Скоро мы начнем трансляцию органного концерта. За органом Иосиф Сталин". Залпы многоствольных ракетных установок - "сталинских органов" - нас уже не удивляли. Потом мы прослушивали уже набившее оскомину обращение Рокоссовского о возвращении на родину после войны, о хорошем обращении и сохранении личной собственности.
Вслед за этим нам угрожали тотальным уничтожением, если мы не поверим их словам. Правда, появилось еще одно новшество: для нас день и ночь крутили пластинку Марики Рёкк, бесконечно транслируя по своему гигантскому громкоговорителю ее песню "Ночью человек не хочет быть одинок...". Очевидно, они разжились этими записями уже в Данциге, где в январе этого года шел фильм "Женщина моей мечты", в котором впервые исполнялась эта песня.
       В порту, на волнорезе, прямо напротив нас, красовались флаги Советского Союза и Национального комитета "Свободная Германия". Это было печально.


  На специальных паромах саперы переправили наши танки на восточный берег рукава Вислы, так как советские войска уже наступали нам на пятки. Наш младший врач, остававшийся невозмутимым в самых трудных ситуациях, взял в руки гармонь, уселся на последнем танке и заиграл песню "Остров, который был рожден из снов...", которая в то время доносилась из всех солдатских радиопередатчиков. При этом он ловко переиначил ее слова, так что вместо "Остров, который был рожден из снов..." получилось "Остров, с которого мы бежали со всех ног...".
Едва успев пересечь второй рукав Вислы, мы сели на мель и были вынуждены высадиться на песчаном острове, так как устье реки простиралось в ширину примерно на 60 километров от Нёйфарвассера до Эльбинга. Этот кусочек земли на воде между Шивенхорстом и Нёйфэром, между Вислой и Балтийским морем мы назвали "Комариным островом".
Дальше в сторону суши, вне досягаемости советской артиллерии, толпилась почти необозримая масса людей, которые были заняты бурной деятельностью. Разноязычный говор людей из всех стран невольно напомнил нам историю о постройке Вавилонской башни. И действительно, события, которые разворачивались в это время между двумя водоемами, очень напоминали эту библейскую притчу. Все кругом было разрыто, затоптано с прямо-таки пугающей быстротой. Здесь были представлены почти все народы Европы.


  Сначала мне повстречались 32 пленных английских офицера, которые перебежали к нам около четырех недель назад из района Хайдероде. В соответствии с военными обычаями, они пришли к нам с белыми флагами и парламентерами. По их словам, в Шлоссберге солдаты Красной Армии освободили их из немецкого плена, а точнее, немецкая охрана просто бросила их.
Но затем их отправили на восток с неизвестной целью. Им это показалось подозрительным, поэтому при первой удобной возможности они сбежали и под прикрытием тумана и ночной темноты добрались до немецких позиций. В утонченной английской манере эти офицеры вежливо и подчеркнуто корректно попросили, чтобы мы приняли их и позволили им остаться. Англичане клялись, что в крайнем случае они даже готовы воевать на немецкой стороне .
Это предложение прямо-таки приободрило и вывело нас из того удрученного состояния духа, в котором мы пребывали в то время. Мы их, разумеется, приняли и честно поделились с ними сигаретами и продовольственными пайками.
      Но положение в то время было настолько запутанным, что английские офицеры были вынуждены еще три недели провести на полковом командном пункте, прежде чем их отправили назад. В то время мы прекрасно понимали друг друга и успели сдружиться. Теперь эти офицеры, как и другие сотни тысяч, ждали посадки на корабль, который эвакуирует их на Запад.


Потом мне бросилось в глаза, что почти во всех крестьянских семьях из Восточной и Западной Пруссии были французские военнопленные, которые окружали всяческой заботой "свою семью" и следили за тем, чтобы не отстать от них в такой неразберихе. Французские пленные были почти единственными мужчинами в этих колоннах беженцев, если не считать изнуренных стариков.
Французы особенно внимательно ухаживали за детьми, которые, в свою очередь, вешались на "своих Жанов". Этого нельзя было не заметить. Некоторые из этих французов только лет через пять смогли вновь воссоединиться со своими новыми немецкими "семьями".
Несколько в стороне от "простого народа" расположились высокомерные господа из Ревеля и Риги в тяжелых меховых шубах, которые благополучно устроились со своими тяжелыми ящиками и дорожными чемоданами. Они то и дело ссорились со своими бывшими батраками, которые, учитывая изменившуюся социальную структуру, не очень-то повиновались им.
Робко столпившись в низине у реки, сидела группа полек, которые, по всей видимости, тоже желали отправиться с нами на Запад. Очевидно, эти женщины боялись гнева своих соотечественников, теперь оказавшихся среди победителей. Во всяком случае, они были молчаливы и немногословны, говорили только между собой и очень тихо.

Сотни тысяч солдат и штатских из Западной и Восточной Пруссии, литовцы, эстонцы и латыши, померанцы, поляки, англичане и французы - все они питались из наших полевых кухонь, из конфискованных котелков и даже из вмурованных в бетон ванн. Благодаря нашей на удивление хорошей организации даже в этом незавидном положении все они были сыты.
В дополнение ко всему возле полевых кухонь и пунктов питания бродили и армейские лошади пехотинцев, и старые клячи, тащившие подводы с беженцами, которые так или иначе оставались с людьми. Мы вынуждены были съесть их всех до последней, от ушей до хвоста."


- из воспоминаний лейтенанта танкового разведовательного батальона 4-й танковой дивизии вермахта Х.Шойфлера.